Иудаизм – для всех

Обзор-пересказ материалов русскоязычного еврейского Интернета,

с приложениями и авторским введением

Составитель – В. Лещинский. Независимая

религиозная община сыновей Ноя «Хатиква»

Глубокая признательность раввинам: Ицхаку Зильберу (благословенна память праведника), Адину Штейнзальцу, Зееву Мешкову, Пинхасу Полонскому, Элиягу Эссасу, Зееву Дашевскому и всем, поддерживающим свет Торы.

Содержание

I. Введение

1. Цельное мировоззрение

2. Антисемитизм

3. Представление иудаизма о мире

4. Создание народа

II. Тора

1. Дарование Учения и Закона

2. Писание

3. Устная Тора

4. Галаха в историческом развитии

5. Заповеди

6. Машиах

7. Каббала

III. История

1. Библейская эпоха

1.1. От Авраама до смерти Моше

1.2. Завоевание Страны и Объединённое царство

1.3. Разделённые царства: Израиль и Иудея

1.4. Вавилонское пленение и возвращение

2. Эпоха мудрецов

2.1. Великое собрание

2.2. Период «Зугот» - «Пары»

Создание Талмуда

2.3. Период Танаев

2.4. Период Амораев

2.5. Период Савураев

3. Раввинистическая эпоха

3.1. Период Гаонов

3.2. Период Ришоним

3.3. Период Ахроним

4. Современные направления

4.1. Хасидизм

4.2. Просвещение

4.3. Сионизм; религиозность сионизма

IV. Жизнь по Торе

1. Молитва

2. Синагога

3. Семья

4. Свадьба

5. Законы семейной жизни

6. Обрезание

7. Кашрут

8. Учёба

V. Даты еврейского календаря

1. Календарь

2. Посты

2.1. Храм

2.2. Жертвоприношения в Храме

2.3. Значение Храма

3. Праздники и даты

3.1. Суббота

3.2. Осенние праздники: Новый год; Йом Кипур; Суккот

3.3. Песах; Счёт Омера и Лаг ба-Омер; Шавуот

3.4. Пурим

3.5. Ханука

3.6. Новый год деревьев

3.7. День Независимости

3.8. День Иерусалима

«В молодости моим Богом была Истина,

потом я ставил между ними знак равенства,

теперь убедился, что Истина – это Бог».

Махатма Ганди

I. Введение

1. Цельное мировоззрение

Термин «цельное мировоззрение» появляется у П. А. Флоренского (как «жизненная задача»), С. Л. Франка (приравнивает к философии) и А. Белого (по поводу символизма). Все трое шли за Вл. С. Соловьёвым, говорившим о цельном знании как о качественно новом будущем способе познания действительности, синтезе частных методов философии, науки и теологии. В дальнейшем сотни авторов использовали выражение «цельное мировоззрение» согласно собственному интуитивному пониманию, по самым разным поводам. Многие, вслед за Н. Бердяевым, - как комплимент, а некоторые – и вовсе в экзотических словосочетаниях.

Попытка не только вернуть понятие к его первоначальному смыслу, размытому в силу безответственного применения выражения, но и наполнить конкретным содержанием, представляется актуальной в наше время, когда девальвация многочисленных и путаных духовных ориентиров приводит к сомнению в существовании каких-либо ценностей вообще.

1.1 Что значит «цельное»?

Мировоззрение – представление о мире – есть у каждого. Чаще на подсознательном уровне, но любой имеет какую-либо картину окружающего его мира со вписанной в неё собственной персоной. Мало того, каждый не сомневается в адекватности своих представлений тому, что действительно существует. Без этого невозможна даже самая элементарная деятельность. Также подсознательно, но никто всерьез не сомневается в том, что его жизнь имеет смысл. В противном случае человек скончался бы от острого приступа депрессии в течение суток. Понять же смысл своего бытия в мире нельзя, в свою очередь, не имея представления о мире. Принимать мир бессознательно, без анализа и оценки, естественно для животного мира, но не человеческого. Сознательное отношение к двум капитальным вопросам, включающим в себя все частные, а именно: "Что представляет собой мир, в котором я оказался?" и "В чём смысл моей жизни?", предполагает, что "мир" – это всё, что существует, а "моей жизни" – жизни человека вообще. На эти два вопроса и должно отвечать мировоззрение.

Ответов – великое множество. Само их количество свидетельствует об отсутствии универсального, окончательного ответа, удовлетворяющего всех. А ведь вопросы эти предполагают единственный ответ, ибо не может быть нескольких (во всяком случае, ощущаемых) миров и двух, противоречащих друг другу, смыслов. Поэтому те, кто выбрал для себя ответ на эти вопросы, отвергают все остальные ответы, как несостоятельные. Вот и получается, что, живя в одном мире (ведь даже если и существует ещё множество миров, мы с вами живём в одном из них – нашем, и именно он нас и интересует), участвуя в одном процессе (недаром есть понятие "всеобщая история"), миллиарды заблуждаются в оценке происходящего и своего в нём участия. Многие считают такое положение нормальным. Оставляя таковых при их несомненном праве, те немногие, продолжающие искать единственно-верный ответ, могут утешиться: он существует. И единственно-верный он не потому, что чем-то лучше всего множества других взаимоисключающих ответов, а потому, что учитывает их как взаимодополняющие.

Подавляющее большинство ответов верны, освещая один из аспектов целого, и неправомерны в своих претензиях на всеобщность, откуда и кажущиеся противоречия. Недоразумения возникают из-за притязаний одного из способов познания на универсальность, или, что то же, попыток разобраться в материале неспецифическим методом (например, рационально доказать существование – равно как и несуществование – души, или вычислить возраст человечества с помощью Библии). Каждый из отвечающих видит какую-то часть проблемы, добросовестно её освещает, но распространяет свою трактовку на всю проблему, почему и вступает в противоречия с другими, освещающими ту же проблему со своих точек зрения и также распространяющими правильную трактовку частного на целое. Такая ситуация была извинительной до недавнего времени, соответствуя периоду накопления знаний. Но уже начался новый (ещё до конца не осознанный) возрастной этап человечества, когда уже можно и нужно делать обобщения.

Человеческая культура, кроме творческого, созидательного аспекта, имеет и познавательную составляющую. В этом смысле удобно разделить ее (схематично и условно, для вспомогательных целей) на четыре крупных части. Не только соседствуя, но взаимопроникая друг в друга, всё же относительно самостоятельно существуют искусство, наука, философия и религия. Такому делению, в общем, соответствуют познавательные способности человека, условно разделённые на интуитивно-эмоциональную сферу, чувственно-эмпирическую, рациональную (от ratio - разум) и мистическую. Деление это возникло не случайно, его обоснованность подтверждается и строением мира, укрупнённо представленным четырьмя составляющими: переживания человеческой души, материальный мир, общие связи и закономерности явлений, невидимая реальность. Честно проанализировав собственную мировоззренческую позицию, каждый обнаружит себя ближе к одной из областей знания. Более того, обнаружится различное отношение к способам познания и, соответственно, к аспектам мира: от не слишком уважительного до полного неприятия. Эту односторонность, отвлечённость и пытается преодолеть цельное мировоззрение. Четыре части культуры, в том числе как инструменты познания, выросли из одного зерна, где были неразличимо слиты их потенциалы, – мифологии. На этапе самостоятельного развития естественная экспансия и приводит к конфликтам между ними. Но апогей разделения, обособления и стремления к замещению собой всех остальных, пройден. Разделившись при зарождении и развив полностью свои частные возможности, составляющие знания – эстетическая, эмпирическая, рациональная и мистическая – от расхождения переходят к сближению для конечного единения на более высоком уровне, с сохранением собственных приобретений и самобытности, – в цельном знании, что должно произойти в обозримом будущем. Сегодняшнему же этапу соответствует возможность построения цельного мировоззрения, что и отметит начало осознания происшедшей смены направлений от анализа к синтезу (и не только в культуре, но и в эволюции мира вообще). Или начало осознания охарактеризуется выработкой цельного мировоззрения.

1.2 Метод построения

Как же возможен взгляд, охватывающий мир целиком, во всех его аспектах? Может ли одно объяснение учитывать все мнения, как свои составляющие? Нужна точка зрения, позиция, с которой открывается цельная картина, и понимание того, с чем и как работать для создания этой цельной картины мира.

Мировоззрение – результат обобщения. Какой же материал обобщается? Для искусства материал – мир переживаний личности, для науки – материальный мир, для философии – понятия и их отношения, для религии – невидимая реальность в форме мистических откровений. Во всех случаях материал первичен, не осмыслен, не обработан, представляет собой голый факт. Все области культуры и занимаются тем, что приводят материал в формы, которые могут быть восприняты другими, как что-то организованное, систематизированное, как вывод, результат обработки. Для искусства результаты – произведения всех жанров; для науки – формулы, эмпирические обобщения, технологии, формулировки законов; для философии – варианты взаимосвязей; для религии – религиозные системы, включая произведения религиозных мыслителей. Для мировоззрения материалом обобщений и выводов являются все результаты культурной деятельности.

Необходимо отметить разницу между результатами науки и трёх остальных составляющих культуры. В науке выработана система оценки, критерий истинности, позволяющие не сомневаться в полученных ею результатах. Наука всегда что-то знает наверняка, что-то предлагает в виде теорий, в той или иной степени признанных научным миром, что-то – в виде гипотез. Т.е. результаты науки можно игнорировать, отвергать как не имеющие значения для мировоззрения, но опровергнуть их нельзя. Какая-то часть философских знаний, в смысле неопровержимости, является наукой. Но основная часть философии неотличима от искусства и религии, поскольку оперирует не строгими рациональными категориями, а образами. Поскольку части эти перемешаны, отличить их друг от друга – задача того, кто строит собственное мировоззрение. Любое мнение философа, утверждение религиозного мыслителя, произведение искусства можно принять, либо отвергнуть, поверить автору или нет. Но при построении картины мира все мнения являются объективно существующим материалом, поэтому разница в происхождении результатов областей культуры, как материала мировоззрения, существенного значения не имеет.

Ни одна из областей человеческой деятельности не имеет ни в материале, ни в предполагаемом результате охват всего существующего, каждая ограничена какой-то частью целого. Поэтому метод построения мировоззрения имеет свою специфику. С какой бы стороны мы ни приблизились к материалу, из которого собираемся строить картину части мира, подавляет количество источников информации, её разнообразие и объём. Первое впечатление – никакой жизни не хватит, чтобы составить представление об этой громаде. Блуждая по лесной чаще или лабиринту руин древнего города, невозможно составить представления о лесе или городе. А вот поднявшись над ними, увидев их границы и помня о том, что такое камни и растительность вблизи, получаешь представление и о лесе, и о руинах. Живопись, например, имеет без числа произведений, тысячи авторов, сотни школ и направлений. Однако, увидев некоторые работы части авторов и прочитав часть посвященных ей обзорных статей, вполне представляешь живопись как явление и её место в искусстве. Ознакомившись таким образом со всеми видами искусства, можно составить представление об искусстве в целом как части культуры и истории, его месте и роли. То же – в остальных областях. Имея элементами материала произведения философского, религиозного и художественного, в широком смысле, творчества (в области науки – учебники, статьи соответствующих энциклопедических словарей, проч.) и постепенно отдаляясь от конкретики, воспринимаем материал все более крупными блоками, делаем все более обобщающие выводы, пока не оказываемся в точке, с которой видна вся область культуры целиком. Неразличимость деталей компенсируется широтой охвата.

Метод науки и той части философии, которая является наукой, заметно отличается от метода религии и искусства (включающего значительную часть философии). В науках результаты получаются путем наблюдений, измерений, систематизации, эмпирических обобщений, экспериментов. Научный метод – совокупность приёмов, позволяющих на любой стадии процесса получения результата проверить его на соответствие действительности. Метод философии как науки – построение выводов с постоянным контролем на соответствие их уже сформулированным и несомненным для всех законам разума. Метод философии – составная часть научного. Метод искусства и религии – интуитивное озарение, откровение. Процесс получения результата – творчество личности, субъективное по своей природе. С результатом науки всегда можно вернуться к любой составной частичке материала и проверить их на соответствие друг другу. С произведением искусства или религиозного творчества можно вернуться, строго говоря, лишь к его автору, и убедиться, что А=А, то есть критерий объективной оценки существует только в науке. Если задача строителя мировоззрения – создание произведения искусства, очередного в бесконечном ряду религиозно-философских, а, в общем, поэтических, текстов, претендующих на соответствие действительности с равным правом (или с равным отсутствием прав), то метод художественного творчества подходит. Ни одно талантливое произведение не будет лишним. Если же предполагается, что картина мира должна и может выдержать проверки на адекватность, она должна создаваться научным методом. При этом любые попытки построения иерархии способов познания всегда искусственны, поскольку в живом теле культуры его составляющие равноценны и не существуют друг без друга.

1.3 Почему религия?

В полной мере это относится и к религиозной составляющей. Действительность идеала, с которым соотносит себя наша потребность в правде, красоте, истине и добре, ощущается нами с такой же достоверностью, как и собственное “я”. Несомненность этой реальности и необходимость вписать её в картину мира, в совокупности с невозможностью объяснения ни философией, ни наукой, ни искусством, не оставляет нам выбора. Поскольку нечто есть, но объяснить это невозможно, мы в это верим. Для удобства назовем “это” духовной составляющей мироздания. То, что постигается она мистически, непосредственно, прежде ощущений и анализа, не должно смущать. В основе эмпирического научного познания лежит именно мистическая идентификация данных наших ощущений с конкретными постигаемыми объектами, вызывающими эти ощущения; и здесь, как известно, мистическая способность нас не подводит.

  Осмыслить реальность, лежащую в области веры, невозможно вне терминов религии. Незаменимость религии в формировании отношения к миру доказывается как её возрастом, так и тем фактом, что во все времена не было недостатка в искренних и преданных её сторонниках. Религиозный человек переживает невидимую, но самую подлинную реальность всем своим существом и ощущает и как верховную силу, объединяющую мир в гармоничное целое, и как главную, фундаментальную составляющую своего “я”. Не каждый, конечно, но ведь и не все, к сожалению, рождаются зрячими. И в каком бы соотношении ни находилось количество тех и других, зрячих убедить в несуществовании света невозможно. Адекватное представление о мире необходимо включает в себя его духовный аспект и формируется с учетом достижений религиозной мысли, как незаменимой составляющей культуры. Незаменимой, потому что картина мира, проигнорировавшая любую из четырёх составляющих культуры, обречена на ущербность.

  Наличествовавшее до недавнего времени противоречие между научным и религиозным мировоззрением преодолевается явлением, называемым “постатеистическая религиозность”. Понятие “пост-” означает не “после чего-либо”, а следующий этап продвижения, когда то, что преодолено, воспринимается как классика, находящаяся в основе, а не в авангарде развития явления. Атеизм – и в истории идей, и в биографии отдельного человека – явление оправданное и полезное. Он помогает гармонизировать отношения составляющих мировоззрения, превращает религиозность из догматической веры в убеждение, поднимая её, благодаря ответам на сомнения, от “слепой” до осознанной. И в историческом, и в личностном плане постатеистическая религиозность предполагает прошедшее через сомнения, осознанное, учитывающее всю совокупность достижений современной культуры, отношение к религии. Традиционная религиозность в большинстве случаев дает убеждение раньше понимания, но из её глубин временем востребовано движение, сформулированное Рудольфом Штайнером в книге “Философия свободы” (когда он ещё не был ни теософом, ни антропософом): “Мы не хотим больше только верить: мы хотим знать”. С другой стороны, от рациональной составляющей мировоззрения, встречный поток определяет Альберт Швейцер: “Добросовестное, последовательное мышление в результате не может не прийти к живой, логически оправданной, необходимой всем мистике”. На пересечении этих направлений и существует постатеистическая религиозность.

Статьи по теме «Вера и наука»

1.4 Пирамида культуры

Грандиозное по масштабам и сложности тело человеческой культуры можно условно представить в виде пирамиды, основание которой – квадрат, а стороны – равносторонние треугольники – наука, искусство, философия и религия. Занимаясь профессионально искусством, наукой и т.д., нельзя не приближаться вплотную к материалу, т.е. находиться в непосредственной близости к плоскости одного из треугольников. Поэтому для профессионалов определенной области не только извинительно, но естественно иметь приблизительное представление о других сторонах пирамиды культуры и слабый интерес к ним. Невозможно достижение значительного результата в какой-либо области культуры без полной самоотдачи, растворения в своем материале, самоограничения, отказа от отвлечения на другие области. Для стремящегося же к цельному мировоззрению, наоборот, желательно «заглянуть за угол», увидеть не только соседние стороны пирамиды, но и противоположную. Увидеть одновременно все четыре составляющие культуры как равноправные и незаменимые, целиком обозреть пирамиду, возможно лишь с точки, находящейся над её вершиной.

Чтобы правильно оценить увиденное, к точке обзора необходимо не «подлететь» извне, а подняться снизу, «пройдя» путь к вершине по всем четырём сторонам. Условие верной оценки открывающейся картины – знакомство с первичным материалом в достаточной для осмысления степени, знание и ощущение не только его фактуры, но и тенденции развития. Т. е. в нашем случае нужен не высокий профессионализм, а заинтересованность и умение «за деревьями разглядеть лес», опирающиеся на общую эрудицию.

Взгляд с вершины позволяет увидеть мир не фрагментарным и разобщённым, а цельным и, следовательно, прекрасным. Отдельные достижения мысли и духа, представлявшиеся чуждыми и даже враждебными друг другу, ясно различимы как ступени на разных путях к единой вершине. Точка, венчающая тело культуры, описывающей и пытающейся понять мир явлений, одновременно становится началом пути постижения души всех явлений. Открывает чёткую перспективу всего, лежащего внизу, и делает различимым путь к духовным высотам.

Итак, мировоззрение можно представить в виде собирательной описательной науки, задачей которой является максимальное обобщение, методом – систематизация явлений через выявление их общих ключевых моментов, материалом – всё, что существует. При этом в ряд объективно существующего, доступного изучению и эмпирическим обобщениям материала попадают произведения искусства, философского и религиозного творчества, существовавшие в собственных областях по субъективным законам.

Занимающимся построением цельного мировоззрения весьма помогли бы обобщающие очерки, дающие представление о каждой из областей культуры, о её достижениях и истории развития. Например, студентам гуманитарных вузов читается курс «Концепции современного естествознания». Вполне можно представить в программе общеобразовательной школы предмет «Цельное мировоззрение» по типу «Обществоведения» или «Культурологии».

Специальных работ на эту тему пока нет, но они непременно должны скоро появиться, поскольку количество накопленного материала не может не вылиться в качество нового осмысления. Результаты развития культуры общедоступны, основные выводы уже сделаны в работах Вл. Вернадского, А. Меня, А. Швейцера, Шри Ауробиндо, Евг. Трубецкого и, главное, Вл. Соловьёва. В самом общем виде эти выводы, отвечающие на вопросы, означенные в начале, можно скомпановать и изложить в одном тексте.

В. И. Вернадский. «Научная мысль как планетное явление»

А. Швейцер. «Культура и этика»

1.5 Картина в кратких тезисах

Мир, который мы воспринимаем пятью органами чувств, возник, по представлениям науки, около двадцати миллиардов лет назад. Момент так называемого Большого взрыва - начало существования вещества, пространства и времени. Термин “материя” до конца не определён, поэтому не исключено, что энергия в форме, не описанной пока наукой, существовала до взрыва. С тех пор материя эволюционирует в направлении от простого к сложному, от хаоса к порядку. Процессы самоорганизации происходят на всех уровнях материи, от неживой природы до человеческого общества, их изучает специальная наука - синергетика. Каждый уровень организации имеет большую свободу и возможности. Неживая природа организовалась в Солнечную планетную систему. На Земле появились условия для жизни. Живая природа, всё усложняя свои формы, организовалась в человека. Научная мысль стала такой же природообразующей силой, какой была и остаётся жизнь вообще. Человечество создаёт ноосферу, которая так же органично вписывается в мир, как когда-то биосфера. Нынешний этап развития характерен тем, что наиболее организованная на сегодня материя – человек – познаёт законы собственной эволюции.

По мере реализации человеком своих познавательных способностей в соответствующих областях культуры, всё более очевидными становились единство, гармоничность и целесообразность, лежащие в основе мира явлений. Догадки же о том, что за материальным миром стоит нечто более коренное, значительное, подлинное, представляющее для него цель, смысл, закон, что через многообразие явлений обнаруживается единая, существовавшая до явлений, суть как Являющееся, коего материальный мир и есть проявление, были у человека изначально. Искусство, философия и религия дают множество образов Являющегося. Разнообразие и противоречивость этих образов не должны смущать, поскольку все они – попытки характеристик того, что лежит в основе всех явлений и не может не быть бесконечно разнообразно, оставаясь единым. Если не абсолютизировать частности, все образы можно увидеть как взаимодополняющие. Наиболее адекватным сегодня остаётся определение религии: Единый Всесильный и Всеблагой. Наука же, искусство и философия своими специфическими методами приближаются к Нему, изучая и постигая Его проявления. Пограничные моменты эволюции, перед тайной которых останавливается познание, - возникновение вещества, жизни и разума – осуществление Воли, ступени реализации Замысла.

Наука на нынешнем этапе своей недолгой истории может только предполагать существование основополагающего закона, включающего все частные закономерности явлений. Уже открытая связь магнитного, электрического и слабого взаимодействий, энергии и массы, стоящая на повестке дня единая теория поля - подтверждение развития науки в направлении ко всё более фундаментальным обобщениям. Искусство пока не исчерпало всего богатства душевного мира человека, но очевидно, что все произведения искусства тем или иным образом, более или менее успешно, исследуют и выявляют единую для всех красоту, как идеал всех имеющих эстетическую ценность явлений. Религия пытается объяснить то, что ощущается мистическим чувством как единый источник блага, капелькой которого является человеческий дух, и отражением в материи – все явления. Философия, рационально постигая общие закономерности явлений, стремится к абсолютной истине, как концентрации смысла всего. Художники (в широком смысле) видят абсолютную красоту как вершину треугольника, находясь на плоскости стороны пирамиды, соответствующей искусству. Учёные стремятся к абсолютному закону, как вершине своего треугольника. Философы и религиозные мыслители видят свои вершины, как абсолютные истину и благо. Все они правы в своих утверждениях, и не правы в отрицании утверждений других. Мыслится умом как истина, ощущается душой как красота, желается духом как благо единая Вершина (или Идея как квинтэссенция мира идей, о котором 2350 лет назад писал Платон).

Строгую рациональную формулировку сути всех явлений, сделанную с учётом предыдущих достижений философии как науки, дает Вл. Соловьёв. Сущее Всеединое – положительное ничто (или ничто и всё). "Ничто", поскольку не является ни чем в отдельности. "Положительное" и "всё" – поскольку ничего не имеет вне себя, а заключает, объединяет в себе все потенциалы, всему дает существование. Сущее, как самозамкнутое и самодостаточное, не имеет проявлений, существования в мире явлений. Чтобы осуществиться, оно полагает из себя Сущность, как свое другое, противоположное себе. Сущее и Сущность - два полюса Абсолютного, они одноприродны и не существуют друг без друга. Содержанием, сутью, первоприродой всех явлений мира и есть Сущность, т.е. проявление Сущего как Являющегося. Отношения между Сущим и Сущностью, состоящие в утверждении другого, противоположного себе, ради самоосуществления, – и есть бытиё в своей полноте, основной закон бытия для всего, что есть. Сущее и Сущность утверждают друг друга, и тем самым вечно осуществляют Абсолютное в мире идей.

Наш мир явлений - это осуществляющееся в материи и времени Абсолютное, где сила взаимоутверждения Сущего и Сущности движет неживое вещество как энергия, живое - как воля к жизни. Взаимоотношение полюсов Абсолютного как самоутверждение, самоосуществление в полноте бытия через утверждение другого, т.е. через самоотречение, ощущается человеком как любовь. (Формула П. Полонского «Любовь – это страстная жажда единства» вписывается в данный контекст, поскольку жажда единства и есть стремление к восстановлению цельности Абсолюта – Всеединого.) Вся природа через человека понимает основной закон своего бытия как любовь. Этот закон генетически заложен в основу эволюции, или, что то же, эволюция природы запрограммирована этим законом (косвенно это подтверждается антропным принципом физики).

На данном отрезке истории человечества, рассматриваемой как этап эволюции мироздания, преобладают законы, по которым развивалась природа и до человека: законы борьбы, вытеснения, выживания за счёт других, уничтожения индивида в жертву виду. И если животные (и люди, не вышедшие из животного состояния) относятся к существующему положению вещей как к должному, то человек, по мере взросления, подвергает события нравственной оценке, и видит кругом нарушение закона любви, и воспринимая это как зло. На самом же деле зла, как самостоятельной силы или субстанции, не существует. За зло принимается отсутствие добра. Восприятие естественных, для дочеловеческого этапа развития природы, законов как злых, говорит лишь о присутствии в человеке некоего идеального представления, мистически ощущаемого как потребность добра, что подтверждает предназначение человека в общеприродном процессе эволюции. Н. Фёдоров называл эту задачу человечества "общим делом", - подчинением материи лежащим в основе всего законам идеального мира, средоточие которых есть любовь. Пока человечество участвует в едином для всей природы стихийном космическом процессе самоорганизации материи бессознательно, как объект. Но близок очередной пограничный момент, когда человек, вслед за осознанием цели и закона эволюции, поймет и своё в ней место как творца, создателя новой реальности, всё более полно воплощающей Идею материально.

Последние несколько тысяч лет история человеческого общества не только явственно проявила тенденцию своего развития, но даже позволяет увидеть зародыши результата, к которому в обозримом будущем должна прийти. В политическом смысле – это международная интеграция на основе свободы и сохранения национальных особенностей. В экономическом – достижение уровня эффективности труда, позволяющего человеку не тратить сверхусилий для поддержания существования, вынуть голову из хомута и основные силы посвятить творчеству. Успехи и международное сотрудничество в области науки не оставляют сомнений в скором объединении человечества в одно надгосударственное образование, основной целью которого уже становится уничтожение болезней, сбалансированное сосуществование с остальной природой, экспансия в космос. Все это сопровождается повышением уровня нравственности в межчеловеческих и межгрупповых отношениях. Т. е. стихийно формируются объективные предпосылки для осуществления цели, ради которой и возникло человечество: сделать материю способной существовать по законам духа. Чем раньше и чем большее число людей осознает неминуемость этих процессов, тем меньше времени и сил человечество затратит на болезненные попытки отклонить природу от генерального курса, навязывая ей своё, мягко говоря, незрелое понимание пользы, целей и задач.

1.6 С точки зрения личности

Существование человека оправдано с исторической точки зрения, если он в меру своих сил преобразует хаос в организованность ("...в музыку преобразили шум"). Но человек жаждет смысла не только как частичка человечества, но и как неповторимая индивидуальность в промежутке между собственными рождением и смертью. Ощущая в себе потенциал для осуществления законов гармонии, человек вынужден подчиняться законам физического выживания. Все страдания как человечества, так и личности, – результат принципиальной разницы между законами этапов эволюции: начинающегося, и пока длящегося и преобладающего. Эта двойственность ярче всего проявляется в основе всякой нравственности – чувстве стыда, вызываемого зависимостью сугубо человеческого в человеке от его материальной, животной составляющей. Чем полнее понимание Вершины, тем трагичнее конфликт с действительностью. Но, с другой стороны, это и стимул к совершенствованию. Без неудовлетворённости нет стремления к изменению ситуации, нет понимания того, что должно удовлетворить. Как ни стихийно идёт процесс, но осуществляется он через деятельность личностей, через преодоление конкретными людьми хаоса и инертности предыдущих уровней организованности. Смутно ощущающий свое предназначение в осуществлении абсолютного, как не ограниченного ничем, в том числе и временем, движимый общей для всей природы волей к жизни как к самоутверждению, чувствующий себя таким же сложным и значительным, как всё мироздание, человек попадает в трагическую ловушку. Он пытается приобщиться к вечности, утверждая себя всего, в том числе и то, что к вечности по своей сути не предназначено. Чем бы самый удачливый эгоист ни утешался при жизни, всё обнаруживает свою тщету, обессмысливается неминуемой смертью. Человек – сплав природы и духа, миров материального и идеального. Личность, как особь вида живой природы – человечества, подчинена законам борьбы и смерти ради совершенствования и выживания вида. Как существо духовное, человеческая личность подчинена законам мира идеального – законам гармонии. Горячо и искренне любимая нами наша личность (насколько она принадлежит природному миру) после смерти, вместе с элементарными частицами вещества нашего тела, попадает в круговорот веществ, и становится исходным материалом для создания природой новых, более совершенных, форм. Избавление от бессмыслицы смерти – в приобщении к тому, что вечно – к миру духа. Чем глубже человек постигает смысл любви, как осуществляемых в нашей действительности вечных законов идеального мира, чем полнее воплощает её в своей жизни, чем более осознаёт себя духовным существом и менее животным, чем более научается получать радость не от приобретения, а от дарения, тем он ближе к смыслу эволюции, объединяющей всю природу в процессе приближения к Вершине (или Идее), к Единому; тем ближе он к бессмертию и освобождению от животного страха смерти. Сплав материи и духа огнём смерти разделяется на составляющие. Каждая из них получает достойное её бессмертие. Насколько личность исполнила закон осуществления абсолютного – любовь, насколько сумела обратить душевные и духовные силы вовне, а не на себя, настолько и осталась она в вечности.

Добровольное и осознанное подчинение вечным законам бытия даёт свободу, ощущаемую как спадение оков зависимости от чуждых духу законов низшей природы, как соединение с общим потоком жизни на пути к единой цели. На деле, в несозревшей ещё обстановке, это означает подвиг самоотречения, великий труд преодоления власти всей предшествовавшей природы над слабым еще, соответственно историческому возрасту, человеческим духом. Слово "самоотречение" не должно пугать, ибо отрекается человек от тоже своей, но низшей, составляющей в пользу своей же высшей – духовной части, то есть, самоотречение – путь к истинному, высшему самоутверждению. Смысл для конкретного человека – понимание собственной жизни как осознанного существования личности во вселенной, аспектами которого являются мышление и чувствование; как явления уникального и абсолютного. И в осуществлении Идеи, которая лежит в основе мира идеального и является целью для материи. С какой бы из четырёх сторон человек ни приближался к Идее, всегда этому сопутствует повышение уровня комфортности в окружающем мире, выражающееся различными степенями блаженства и восторга. Не должна шокировать очевидная параллель: наивысшее физическое наслаждение связано с осуществлением функции продолжения рода, как главной для особи. Так и духовное наслаждение от приближения к Идее подтверждает главную функцию человека как существа не только физического. В жизни человека есть место, подсказываемое самой природой, как ключевое. В этой кульминационной точке встречаются две главные функции человека как существа и материального, и духовного. И блаженство, как свидетельство соответствия своему предназначению, человек получает двойное, или полное, максимально возможное в этом мире. В половой любви смысл космического процесса – одухотворение материи – воплощается в конкретной жизни почти каждого человека, цель эволюции начинает осуществляться сейчас, в привычной будничной обстановке. В направлении всех своих душевных и духовных сил не на себя, а на утверждение другого как противоположного и, в то же время, одноприродного тебе второго полюса единого целого, и есть осуществление полноты бытия через самоотрицание одного из полюсов в пользу другого и тем самым самоутверждение себя, как абсолютного, не ограниченного другим, а имеющего другого (как и себя) в абсолютном. В нашей несовершенной жизни каждый нуждается в сострадании и любви. Но всегда есть рядом кто-то, кто нуждается больше, чем ты сам. Осуществи в своей жизни главный закон мироздания, полюби другого больше, чем себя, – и жизнь твоя получит смысл, совпадающий со всеобщим, что, впрочем, иначе и не может быть. В подвиге любви – и смысл космического процесса, и личное спасение.

1.7 Поиск истины приводит к Всевышнему

Итак, цельное мировоззрение включает в себя универсальную для всех людей и времён веру в реальность Божественного как переживание личностью собственного родства с живым и полным средоточием блага и любви, одновременно являющимся источником сил, управляющих миром, и целью для всего существующего. Разнообразие же религий, переводящих веру на общепонятный язык, объясняется просто: в Едином заключено все, это Он является во всех явлениях, и познают Его всеми путями во множестве аспектов, а представляют в меру собственных возможностей и под влиянием окружающих условий.

 В какой форме актуализировать веру современному человеку, всесторонне культурно развитому и сохранившему коренную религиозную потребность? Не волей обстоятельств рождения или встречи с проповедником, а осознанно. Выбор религиозной системы должен осуществляться без ущерба для всего богатства многосторонней личности, не на основе компромиссов и уступок, а с открытыми глазами, в результате взаимообогащения всех познавательных способностей. Приобретаемые религиозные истины должны не противоречить сложившимся ранее убеждениям, а подкреплять их, упорядочивая мировоззренческие установки.

На протяжении почти всего периода формирования западной цивилизации господствующей идеологией было христианство, поэтому любой культурный феномен несет на себе его отпечаток. И представления наши, и шкала ценностей, и мировоззрение в целом складываются в понятиях и терминах, имеющих христианские корни. Ставшее в последние годы привычным выражение “христианская духовность” даже воспитанное на атеизме сознание проглатывает как аксиому. А вот восприятие формально правильного термина “иудео-христианская цивилизация” требует некоторых усилий. Представление об иудаизме как об аутсайдере, у которого христианство естественным образом, с момента своего возникновения, перехватило инициативу, оставив его на обочине дороги прогресса человечества, прочно засело в нашем подсознании. Ставшее нарицательным выражение “талмудическая ученость”, и само название священных иудейских книг - “Ветхий завет” - только иллюстрация этого положения. А ведь в течение всей своей многовековой истории иудаизм был живым развивающимся организмом, чутко реагировавшим на запросы меняющейся жизни возникновением новых течений. И в последнее время это развитие идёт особенно бурно и плодотворно. Впечатляет общий принцип, по которому новые идеи – результат более глубокого проникновения всё в тот же Текст. Общее, возобновляющееся впечатление – свежести и древности, первичности и актуальности, глубины перспективы и прозрачности, ёмкости и конкретности мыслей и образов, соответствия фундаментальных понятий современным проблемам.

Не вдаваясь в сравнительный анализ религий, как отдельную большую тему, можно всё же констатировать его результат, к которому естественно приходит непредвзятый научный взгляд на проблему. Иудаизм – единственная религия, полностью соответствующая своему предназначению во всех аспектах: идеологическом, философском, этическом, педагогическом. Уникальное сочетание ясности и глубины идеи, им представляемой; всеобъемлющая система, в которую гармонично и без остатка укладываются все достижения мировой культуры. В частности, все вопросы, упомянутые в этом тексте, за многие века до их постановки западной мыслью были глубоко и полно, тонко и поэтично разработаны в Каббале, Талмуде и других комментариях к Писанию, священному и для христиан. (По мере знакомства с этими комментариями растет недоумение: как, обходясь без них, можно было считать, будто что-то в Писании понимаешь?)

Но иудаизм – религия евреев, и как бы ни был убеждён нееврей в её истинности, к нему она вроде не имеет отношения. Ответ, как всегда, находится внутри иудаизма. Слово Сущего, дарованное на Синае избранному народу, конечным адресатом имеет всё человечество. Иудаизм – не одна из религий, а универсальное учение, поясняющее это Слово. И его первозданный свет, чудесно сохраненный “народом святым”, уже начинает восприниматься не только евреями. Реализуется это знаменательное явление в форме движения “Бней Ноах” (“Сыновья Ноя”). Принятие на себя исполнения семи законов Торы для сыновей Ноя людьми, формально не имеющими отношения к еврейству, позволяет им исповедовать чистую веру в единого Творца, руководствуясь накопленной тысячелетиями мудростью. Сегодня этому способствует сочетание объективных условий: осознание ограниченных возможностей науки и философии; разочарование в традиционных религиях; обилие и доступность материалов по иудаизму на распространенных языках.

Нельзя не сказать о жизненной насущности этой темы именно в наши дни. Человеческое разнообразие сделало возможным существование в рамках авраамической религии такого явления как бесчеловечный экстремизм. В сентябре 2001-го года по григорианскому календарю ясно обозначились непримиримость и широкая поддержка этого явления. Недвусмысленно обозначен и враг исламского фундаментализма – иудео-христианская цивилизация со всеми её ценностями. То, с чем сейчас столкнулся западный мир, уже давно стало повседневностью для евреев, живущих на Святой Земле. И террористы не делают секрета из того, кто их ближайший и главный враг. Сегодня мир с очевидностью делится на тех, кто относится к убийству как к вынужденной аномалии, или как к норме, даже доблести. Линия раздела добра и зла, правды и лжи проходит через Иерусалим. Это так же верно, как и то, что истина содержится в Священном Писании, реализуется сегодня в Земле Израиля, а вскоре восторжествует на всей земле. Запоздалое понимание этих взаимосвязанных вещей может дорого стоить человечеству. А путь к пониманию лежит через изучение иудаизма.

Еврейское понимание истории как выполнения воли Всесильного, как движения к Нему, блестяще подтверждено самим существованием евреев вопреки объективным законам, управляющим судьбами народов. Чудесное возрождение государства и языка – не лучшее ли это доказательство верности такого понимания? Пора понять всем, и прежде всего христианам, что нерв истории – судьба еврейского народа, и отношение к ней – показатель истинности или ошибочности позиции.

Принципиальная готовность человечества к практическому исполнению своего предназначения доказана гениями любви, действовавшими в нашем, далеко ещё не гармоничном, мире по законам мира идеального. Из многих и многих, современному человеку наиболее известны М. Ганди, Мать Тереза, А. Швейцер, Я. Корчак. Конкретный человек свободен подключиться к труду человечества, который всё равно будет исполнен, с ним или без него, либо остаться частью бездуховной, и потому смертной, природы. Если же он хочет приобщиться к смыслу и бессмертию, воплотив в своей жизни олицетворение духовности – любовь, то начинать можно и нужно сейчас и с себя. Для этого вовсе не обязательно быть гигантом духа или ожидать чудесных времён. Семья, близкие – идеальное поле действия, а самоотдача в любви – единственный путь к собственному счастью. Как говорил Шри Ауробиндо, самое большое чудо заключается в том, что Божественное – тоже естественно.

Мир создан ради человека, а человек – ради того, чтобы дать ему счастье. Достижение этого невозможно без участия человека, наделенного свободой выбора по подобию Творцу, и состоит, по определению философии, во «внесении положительного вклада в космическую эволюцию» (В. Турчин), а в терминах религии – в служении Всевышнему, ибо только Он знает, в чем состоит счастье Его творений и на каких путях оно может быть получено. Тому, как именно это осуществить, и посвящены Письменная и Устная Тора, т.е. вся необъятная мудрость иудаизма. Как сказал еврейский мудрец Гиллель, «иди и учи».

Статьи по теме «Узловые вопросы»

2. Антисемитизм

2.1 Краткая история

Впервые антисемитизм испытал на себе первый человек, бывший евреем с рождения – Ицхак, сын первого еврея – Авраама. «Завидовали ему филистимляне. И сказал Авимэлэх Ицхаку: уйди от нас, ибо ты гораздо сильнее нас» (Бытие, 26:14;16). Вариант перевода – «ибо обогатился ты от нас». В этом же обвиняли Яакова (получившего впоследствии дополнительное имя – Израиль) сыны Лавана: «из того, что у отца нашего, составил он всё это богатство» (Бытие, 31:1).

Примерно через двести лет фараону Египта, где жили тогда евреи, показалось, что «народ сынов Израилевых многочислен и сильнее нас», и он сделал евреев рабами, потом приказал убивать еврейских мальчиков при рождении, а когда это не получилось – топить их в Ниле (Исход, 1:9;16;22).

В 5-м веке до нашей эры министр Аман добился издания указа, повелевавшего уничтожить всех евреев, живших в громадной Персидской империи (Священное Писание, книга Эсфирь). Избавление от этой страшной угрозы евреи празднуют в Пурим. Мудрецы вывели из событий Пурима уроки на все времена, а сформулировал их философ 20-го века рав Й.-Д. Соловейчик: человек может стать абсолютным злодеем; евреи более уязвимы, чем кто-либо другой; у всех евреев – общая судьба.

За верность своей религии евреи подвергались гонениям язычников – греков и римлян, а затем и всех христианских народов Европы, среди которых были рассеяны в результате поражения трёх кровопролитнейших восстаний против Рима и разрушения Иерусалимского Храма. Постоянный «бытовой» антисемитизм периодически выливался в масштабные акции.

Во время крестовых походов 1096, 1146 и 1189 годов вырезались целые общины по всей Европе. Массовые и повсеместные еврейские погромы после эпидемии чумы в 1348 году.

Евреи изгонялись из Англии (1290 год), Франции (1306 и 1349 годы), Испании (1492 год) и Португалии. Сотни тысяч человек, значительная часть народа, лишённые собственности и прав, двигались на восток без уверенности, что где-то им разрешат поселиться. Грустная шутка делит все страны на две категории: те, которые евреев изгоняли, и те, которые евреев не принимали.

Казаками Б. Хмельницкого в 1648 году зверски убиты десятки тысяч евреев Восточной Европы.

В 19-м веке наблюдается массовый отход евреев от религии и традиций предков. Антисемитизм из религиозного превращается в расовый. Ни принятие христианства, ни атеизм уже не защищают евреев от притеснений, ущемлений в правах, нелепых обвинений и погромов. Уничтожение шести миллионов евреев в центре «цивилизованной» Европы в 20-м веке – логическое следствие никогда не утихавшей ненависти.

Антисионизм – большая тема, требующая отдельного серьёзного разговора. Как выразился знаменитый бывший дончанин Анатолий Щаранский: «Еврейское государство ничуть не более ответственно за сегодняшнюю юдофобию, чем его отсутствие – за юдофобию прошлого века». Пока лишь констатируем: ненависть к государству Израиля – современная форма бессмертного антисемитизма. Просто среди людей, дорожащих определением «приличные», после Холокоста (Катастрофы 2-й мировой войны) явно проявлять антисемитизм стало признаком плохого тона. А вот применять двойные стандарты к «коллективному еврею» – Государству Израиля, – клеветать на него, всячески шельмовать – это пожалуйста.

2.2 Антисемитизм – непременный спутник еврейства; оправданность термина «еврейский вопрос»

Антисемитизм, изменяясь вместе с формами существования еврейского народа, остаётся неотделимым от него. И Хусейн, терпящий поражение от американцев во время «войны в заливе», но обстреливающий ракетами Израиль, и взрывающий себя в дискотеке Тель-Авива шахид, и призывающий стереть Израиль с карты недавно избранный (демократическим путём) президент Ирана движимы той же бескорыстной и не понятной им самим ненавистью, что и библейский народ Амалека, ринувшийся помешать исходу евреев из египетского рабства (Исход, 17:8). Характерно, что общих границ у Ирака и Ирана с Израилем нет. И пересечения прагматических интересов у этих стран с израильтянами не было, так же как и у евреев с Амалеком.

Беспрецедентно долгое, рационально не объяснимое существование евреев сопровождается столь же иррациональным антисемитизмом. Во все времена антисемитизм имел своих вдохновенных теоретиков, чьи «логические доводы» настолько многочисленны и противоречивы, что их перечисление – неоправданная трата времени. Можно говорить о причинах конкретных проявлений антисемитизма, но единственная универсальная фундаментальная причина – само существование еврейского народа.

Приходится признать оправданность термина «еврейский вопрос», коль скоро сам факт существования евреев является непереносимым для значительной части человечества на протяжении всей его истории. Антисемитизм является зеркальным отражением еврейства, реакцией на него, негативом по отношению к позитиву его существования. Суть антисемитизма следует искать на столь же глубоком уровне, что и смысл существования евреев.

2.3 Религиозная суть еврейства и, соответственно, антисемитизма

На протяжении большей части истории евреи не имели своего государства и общего разговорного языка. Уникальное, не имеющее аналогов выживание еврейского народа происходит вопреки объективно существующим историческим законам, по которым развиваются народы и государства. Роль в событиях мировой истории, приписываемая евреям (в данном случае неважно, обоснованно или нет), совершенно не пропорциональна их численности, составляющей четверть процента от всего населения Земли. Естественно предположить, что причиной всех этих удивительных фактов является нечто, отличающее евреев по сути.

Содержанием и смыслом присутствия еврейского народа в истории является сохранение им полученного от Всевышнего Учения (Торы). И – в будущем – воплощение Учения в жизнь на специально предназначенной для этого Земле Израиля. Именно верность идее позволила евреям не только выжить, но и сохранить веру в успешное завершение своей миссии. Так считают религиозные евреи и значительная часть христиан протестантского направления. Как бы мы ни относились к такому мнению, оно объективно существует и заслуживает рассмотрения.

Правда, сегодня лишь около четверти евреев являются верующими и соблюдающими традиции предков. Но за долгие века погружённости всего народа в то, что принято называть иудаизмом, сформировался национальный тип. И за несколько поколений изменить его трудно. Все евреи, так или иначе ощущающие себя таковыми, и даже с энтузиазмом отказывающиеся от национальной принадлежности, поневоле воплощают своим существованием еврейскую идею. Это безошибочно чувствуют антисемиты, не принимающие в расчёт никаких деклараций, и ненавидящие всех евреев без разбора. Любой еврей подсознательно воспринимается антисемитами как свидетельство жизнеспособности идеи, подрывающей основы их самоутверждения.

Как бы искренне ни увлекались современные светские евреи многочисленными идеологиями, самим собственным существованием они обязаны многочисленным поколениям своих предков, сохранявших преданность религии. Честно и непредвзято анализируя действительность, приходится признать простой факт: без иудаизма нет еврейства. Следовательно, и корни антисемитизма лежат в религиозной сфере. Антисемиты не могут принять и ненавидят ровным счётом то, что считают высшей ценностью и любят евреи.

Идея иудаизма состоит в служении Всевышнему, Который весь – духовность. Выполняя Его волю и стремясь приблизиться к Нему, человек сознательно ограничивает, старается облагородить свои материальные потребности и сдерживает природные страсти. Делается это из трепета перед Владыкой мира и любви к Источнику истины, красоты и добра. Но, в том числе, и для собственного блага. Антисемиты тоже хотят себе блага, но принципиально не верят в существование духовности. Или имеют собственные, отличающиеся от еврейских, представления о духовности и благе. Самый глубокий источник ненависти антисемитов – необходимость самоограничения ради чего-то, лежащего за пределами собственной личности.

Более сложную разновидность антисемитизма представляет из себя ненависть к евреям со стороны верующих христиан и мусульман. Любая религия по определению имеет отношение к духовности, и в этом смысле представляет положительное явление. Ни в коем случае не подозреваю никого из читающих этот текст в антисемитизме, поскольку он давно определён как одно из наиболее дремучих проявлений человеконенавистничества, и цивилизованные люди не могут (не должны) быть к нему причастны. Однако явление существует, и требует анализа. Иудаизм, например, видит библейские персонажи Яакова, Эсава и Ишмаэля архетипами исторических явлений иудаизма, христианства и ислама. И рассматривает отношения между авраамическими религиями как продолжение споров за первородство-избранность между потомками Авраама.

Три портрета (статьи Пятигорского и Бараца)

2.4 Авраамические религии

Среди существующих сегодня религий обособлена группа авраамических, названных так по имени библейского персонажа Авраама, впервые провозгласившего принцип монотеизма. Две из этих религий, - христианство и ислам, - являются ныне мировыми, т. е. наднациональными. Однако последователи иудаизма, христианства и ислама признают Авраама общим праотцем в религиозном смысле. Из трёх авраамических религий иудаизм – самая древняя.

Как и положено религии, каждая из них объявляет себя представительницей истины в последней инстанции. Истина же по определению должна быть единственной. Все три авраамические религии проповедуют Единого Бога и противостоят всем остальным религиям как политеистическим или, по их определению, идолопоклонническим. Но конкурируют они и между собой, в претензиях на монополию представлять Единого. Как же обосновываются их позиции?

Христианство, в общих чертах, утверждает следующее. Бог избрал еврейский народ или Израиль (по второму имени внука Авраама Яакова), доверив ему нести в мир истину, полученную в Откровении. Поскольку евреи не признали Иисуса Мессией и сыном Бога, избранность была ими утрачена и перешла к христианской церкви, Новому Израилю, вместе со всем собранием еврейских священных книг. Таким образом еврейское Священное Писание под названием Ветхого Завета, вместе с Новым Заветом, вошло в состав священных книг христиан.

Само слово «Библия» – это греческий перевод наиболее раннего и распространенного термина – ха-сфарим («книги»), означающего еврейское Священное Писание, которое не имело общего для всего еврейского народа и применяемого во все периоды его истории единого названия. Евреи эллинистического мира употребляли это же название на греческом языке, и оно вошло в европейские языки. По этой причине слово приобрело устойчивую христианскую окраску, и по умолчанию ассоциируется с собранием священных книг этой религии. В результате эксклюзивность истины не пострадала, просто представительство её перешло в полном объёме от евреев к церкви. Правда, христианских церквей стало много, и они не хотят делить истину, а каждая считает себя единственной её носительницей, но эта тема выходит за рамки данного текста.

Ислам поступил радикальнее. По мнению этой религии, истинным Откровением миру является Коран, данный Единым Богом пророку Мухаммеду, а иудеи и христиане пользуются в своём служении книгами, искажённо запечатлевшими как бы неокончательные, предварительные и неполные откровения. То обстоятельство, что Тора появилась за 2000 лет (и дана не отдельному человеку, а целому народу), а Евангелия – за 600 лет до Корана, пересказывающего их фрагменты, мусульман почему-то не смущает.

Иудеи же считают свой Завет с Богом и своё Священное Писание не зависящими от появления новых религий, и продолжают ожидать Машиаха (Мессию, см. главу Машиах), который даст избавление от несчастий евреям и от заблуждений – всем людям. Для исповедующих иудаизм существование дочерних религий представляет серьёзную проблему для выживания, но не теологическую. И христианство, и ислам несут свет учения Единого Бога народам, в приемлемой для тех форме, подготавливая их к полному и окончательному принятию Его воли.

Христианством ислам воспринимается как уважаемая самостоятельная культура, как близкая религия, имеющая исторически обусловленную национальную специфику. К иудаизму за долгие столетия нежелательного, но вынужденного сосуществования, отношение менялось, и сейчас находится в динамике, представляя из себя широкий спектр от «старшего брата» до «порождения дьявола».

Ислам относится и к христианам, и к иудеям как к «неверным», которые со временем самой жизнью будут поставлены перед необходимостью выбрать один из трёх нехитрых вариантов: принять ислам; подчиниться власти ислама в качестве ущемлённых в правах граждан всемирного исламского государства; погибнуть. Эту практику ислам и осуществляет с момента своего возникновения по сей день, сообразуясь с обстоятельствами.

Иудаизм, безусловно, является серьёзнейшей теологической проблемой как для христианства, так и для ислама. Само, вопреки всем историческим законам, существование еврейского народа для идеологий, претендующих на монопольное представительство одной для всех трёх религий истины – монотеизма, является раздражающей, непереносимой данностью. Что есть, в конечном счёте, основой всех разнообразных форм антисемитизма, а в последнее время и антисионизма.

Дочерние по отношению к иудаизму религии – христианство и ислам – претендуют на представительство того же Единого Бога, что и исторически предшествовавший им иудаизм. Обе как бы пришли ему на смену и проповедуют Истину, т. е. выполняют миссию, до их появления осуществлявшуюся евреями. Всё бы хорошо и складно, да вот евреи не согласны отказаться от избранности и самим своим существованием ставят под сомнение притязания «преемников». Как же не ненавидеть тех, кто ставит под сомнение истинность твоей жизненной позиции, пытается лишить тебя самого дорогого – соответствия идеалу?!

Что же объединяет бездуховных антисемитов-расистов с антисемитами из христианства и мусульманства, имеющими к духовности профессиональное отношение?

Христианские церкви мирно сосуществуют с войнами, эксплуатацией и прочими недостатками человеческого общежития, под лозунгами «Царство Божие – не от мира сего» и «Богу – Богово, а кесарю – кесарево». Мусульманство же не находит противоречия между самоопределением как «религия мира» и сочувствием к процветанию исламского терроризма против неверных. То есть обе религии научились не замечать принципиальных расхождений между декларируемой верой и поступками формально принадлежащих к этим религиям людей. По сравнению с иудаизмом, не отделяющим веру от повседневного существования, провозглашающим и осуществляющим все жизненные проявления как служение Всевышнему, как-то стирается разница между антисемитами-атеистами и верующими.

Статьи по теме «Иудаизм и христианство»

Статьи по теме «Иудаизм и ислам»

2.5 Психологический механизм антисемитизма

Нечто, лежащее в глубине моей личности, вызывает душевный дискомфорт. Определить это нечто как собственный недостаток, я по каким-то причинам не могу или не хочу. Следовательно, изгоняю его из сознания в подсознание. При этом дискомфорт не исчезает, но уходит на периферию. Иногда что-то извне напоминает о нём, и чувство неудовлетворённости обостряется. Простой рефлекс заставляет меня связывать несомненные неудобства с тем внешним раздражителем, который их вызывает; отождествлять повод, вызывающий приступ болезни, с самой болезнью. Считать причину болезни, находящуюся внутри, существующей вне и независимо от меня.

Простой пример. Чревоугоднику, смирившемуся со своей слабостью, ежедневно за ужином некто рассказывает о количестве калорий и холестерина в поглощаемых им блюдах. Естественно, этот некто через неделю становится объектом ненависти. Примерно так же думает антисемит о еврее: «Моя мировоззренческая позиция позволяет мне жить с удовольствием и душевным комфортом, а ты из вредности портишь мне аппетит, мешаешь наслаждаться легко доступными удовольствиями и быть при этом уверенным в собственной правоте. Исчезни!»

Болезнь антисемитизма, вызывающая дискомфорт, имеет научное определение – когнитивный диссонанс – противоречие между двумя знаниями, умозаключениями или впечатлениями, каждое из которых имеет свои основания. Редкое сочетание ненависти и презрения, характерных для антисемитизма, вызвано противоречащими друг другу причинами: страхом перед интуитивно ощущаемым мощным духовным и интеллектуальным потенциалом евреев, и невозможностью признания их идеологической состоятельности, поскольку это означало бы самоуничтожение фундамента собственного мировоззрения. Любой когнитивный диссонанс вызывает у человека эмоциональное напряжение и желание от него избавиться. У антисемитов это желание выражается в стремлении избавиться от тех, кто этот диссонанс провоцирует.

2.6 Направление решения «еврейского вопроса»

До сих пор «еврейский вопрос» решался именно в этом направлении: если убрать евреев, толкующих о подчинении человеческого существования какой-то высшей цели, можно продолжать получать от жизни «простые радости». Удовлетворять свои страсти и не знать мук совести. Этой, по выражению Гитлера, химеры, выдуманной евреями. Кроме того, что этот способ не даёт подлинного излечения от чувства бессмысленности существования, не являющегося выполнением Высшей воли, у него есть ещё один недостаток: он неосуществим. Четвёртый из уроков Пурима гласит: Всевышний никогда не оставит Свой народ.

И действительно, попытки решения «еврейского вопроса» в отрицательном направлении – не имели успеха. Но если задача не решается одним способом, может быть, стоит попробовать решить её иначе? Существует ли «позитивное решение еврейского вопроса»? Не только существует, но лежит на поверхности: стоит лишь внимательно и честно перед самим собой постараться понять Священное Писание. И даже есть положительный опыт такого решения.

В конце 20-го века в религиозной жизни появилось новое явление – движение «бней Ноах» (сыновья, или потомки, Ноя). Это не одна из новоявленных эклектичных «религий», а мировоззрение неевреев, целиком существующее в пределах иудаизма. Коротко – иудаизм для неевреев. Суть этого движения – возможность строить жизнь на основе веры в Единого Всевышнего и в полном соответствии с Его волей. Подразумевается, что Воля выражена в Учении (включающем Устную Тору), хранимом и развиваемом евреями с момента получения его на Синае. Положения, регламентирующие веру и поведение неевреев, в иудаизме существовали всегда, но не были подробно разработаны в виду невостребованности. Первые общины сыновей Ноя появились в США, а затем – и в других странах, в частности – в Украине.

Йоэль Шварц. «Семь законов Торы народам мира»

К пониманию иудаизма как универсального наднационального учения, содержащего предельно возможную для человеческого постижения мудрость, отдельные выдающиеся личности приближались и раньше. В русской культуре это прежде всего Владимир Соловьёв и Лев Толстой, которому принадлежат слова: «Еврей – это святое существо, которое добыло с неба вечный огонь и просветило им землю и живущих на ней. Он – родник и источник, из которого все остальные народы почерпнули свои религии и веры».

Возникновению движения сыновей Ноя способствовали и принципиальные изменения в отношении к евреям, произошедшие в 20-м веке в католичестве, не говоря уже о протестантизме. Но главное – появление в конце 20-го века большого объёма литературы по иудаизму на распространённых языках, в том числе и на русском. Благодаря Интернету миллионам людей стали доступны достижения еврейских мудрецов, в течение тысячелетий самоотверженно трудившихся над постижением Божественной мудрости. С недавнего времени стремящиеся к истине могут прикоснуться непосредственно к источнику, о котором говорил Толстой, знакомиться с иудаизмом «из первых рук».

Широкое распространение адекватных представлений о еврейской идее – вопрос времени. Процесс этот потребует не одного десятка лет, но что для истории два-три поколения? Иудаизм не только займёт подобающее место на шкале общечеловеческих ценностей, но и станет для многих руководством к действию. Объективно складывающиеся условия дают неплохую перспективу «положительному решению еврейского вопроса». Антисемитизм же, во всех его формах, будет оттеснён на задворки мировой культуры, вынужден будет прозябать в подпольях цивилизации, где ему и место.

Ни христианство, ни ислам, как и все и всяческие «измы», не рассматриваются иудаизмом, считающим себя цельным и самодостаточным универсальным учением, конкурентами. Наоборот, положительные основы всех учений питаются родившимися в иудаизме «Божественными искрами» (рав А.-И. Кук), что и привлекает к ним почитателей, в том числе и евреев, не разглядевших источников этих искр в иудаизме. О степени обоснованности такой уверенности заинтересованный читатель может постараться узнать, познакомившись с иудаизмом изнутри, т. е. взглянув на мир с позиций верующего иудея. Как это ни удивительно, но при этом не придётся отказываться от завоеваний современной цивилизации, создавшей стройную, но всё же не вполне исчерпывающую научную картину мира. То, к чему религия относится как к Тайне, и наука вынуждена признавать неразгаданной пока тайной.

Статьи по теме «Антисемитизм»

3. Представление иудаизма о мире

Старый еврейский анекдот. Молодой человек подходит к раввину, выходящему из синагоги, и нарочито громко заявляет: «А я, ребе, не верю в бога!» Раввин смотрит на юношу и спрашивает: «И в какого же бога ты не веришь?» «Как в какого? – удивляется тот. – В обычного бога, который сидит на небе и наказывает грешников». На это раввин, секунду подумав, отвечает со вздохом: «Извини, но в этого бога я тоже не верю...»

Как представляет иудаизм Бога? Ответ неутешителен – Бог принципиально не представим. Как гласит третий из тринадцати принципов веры (здесь и далее приводятся в поэтическом переложении), «Нет у Него ни физических форм, ни каких-либо иных. Тайна скрытой сути Его непостижима». У Него не может быть не только образа, но и свойств, ибо Он – целен и неделим. И вообще нет ничего, кроме Него. К кому же обращает иудей молитвы?

Воспользуемся наиболее известной фразой текста главной молитвы, произносимой дважды в день, утром и вечером. «Слушай, Израиль! Господь – Бог наш. Господь один». Израиль – еврейский народ и каждый еврей персонально. Как правило, словом Господь на русский язык переводится наиболее личностное Имя, настолько раскрывающее Его святость, что на иврите, святом языке Писания, оно не произносится. На письме состоит из четырёх букв, и потому известно под названием «четырёхбуквенное имя» или «тетраграмматон». При чтении заменяется словом Адонай, а в третьем лице – Ашем, что означает Имя (на английском – имя с определённым артиклем). Словом Бог переводится имя Элоким, что означает множество сил или источник всех сил, управляющих миром. На иврите из-за трепета перед Святым, благословен Он, и почтения ко всему, имеющему к Нему отношение, слова эти пишутся с пропуском одной буквы. В переводах святость не сохраняется и правило это как бы теряет смысл, но чаще всего пишут «Г-сподь» и «Б-г». Стараются без особой необходимости не употреблять эти слова, а писать и говорить Всесильный, Всевышний, Вездесущий.

Поскольку мир не только сотворён Всевышним, но и управляется Им, мы можем составить для себя представление не о Нём самом, но о принципах Его управления. В первой главе Пятикнижия встречаем два рассказа о сотворении мира, несколько отличающиеся друг от друга (см. Полонский. «Две истории сотворения мира» в подборке статей к главе «Берешит»). Причём в первом случае Творец действует под именем Элоким, а во втором – Ашем. Так вот первое имя означает, что управление миром осуществляется категорией суда, а второе – категорией милосердия. Творец как бы говорит: «Если буду судить мир по справедливости, то он не выдержит строгих требований быть идеально соответствующим Моим замыслам, и погибнет. А если управлять им только с использованием качества милосердия, он развратится от безнаказанности. Буду сочетать оба эти качества при обращении к Cвоему творению».

Получается, что молящийся признаёт над собой власть и суд милосердного и любящего Отца. Вторая часть фразы означает не только, что нет другого, но и то, что Он – един, не разложим на составляющие. Высшее Единство заключает в Себе всё и является Источником всего, проявляется во всех явлениях.

Почему Он стал Творцом? Ведь в своей цельности и полноте (вне и кроме Него нет ничего) Он самодостаточен, ни в чём не нуждается. Мир создан как объект переполняющей Его любви. Мир создан для того, чтобы дать ему благо. Что есть благо? Близость к Всевышнему – источнику всякого совершенства, добра и любви. Всё, что человек ощущает как счастье, как возвышенное наслаждение, и есть приближение к Нему в той или иной степени, с одной или другой стороны. Как гениально догадался Лев Толстой: «Бог не есть любовь, но чем больше любви, тем больше Бога».

Казалось бы: вот и сотворил бы мир с максимальной способностью воспринимать благо и одаривал бы его добром, тем более что оно безгранично. Но принесёт ли удовлетворение полученное даром? Не напрасно наиболее совершенной благотворительностью считается не милостыня и даже не одалживание денег, а предоставление нуждающемуся возможности заработать самому. Ведь тогда получающий помощь не только будет избавлен от стыда за «хлеб позора», но и получит возможность и право гордиться собственной победой над нуждой. Насладиться благом в полной мере возможно лишь в том случае, если получено оно в результате собственных усилий.

Что значит «по образу и подобию»? Человек наделён высшим совершенством – свободой воли. Он призван не просто получить благо, а наслаждаться им заслуженно. Сам может выбрать путь к Творцу и сам преодолеть все трудности на этом пути. Одно из многих объяснений слов Писания «сделаем человека» говорит, что Творец обращается к самому человеку: «Вместе, ты и Я, сделаем из тебя человека». Ангелы в духовных мирах существуют в постоянном блаженстве, наслаждаясь светом, исходящим от престола Его славы. Но они лишены свободы выбора, выполнение воли Творца для них единственно возможное состояние, и тут они равны животным. Они не участвовали вместе с Творцом в преобразовании мира, не заслужили своей доли, а потому блаженство их несовершенно. Другой пример: «Один миг в мире грядущем прекраснее всей жизни в этом мире. Но одна минута в этом мире важнее, значительнее всей вечности мира грядущего». В грядущем мире (после смерти тела) души наслаждаются близостью к творцу с интенсивностью, не идущей ни в какое сравнение с наслаждениями этого мира. Но там они лишены возможности влиять на мир, проявлять качества, имеющиеся лишь у человека и его Творца. Предназначение своё – быть сотворцом Всевышнего, а значит максимально раскрыть свой потенциал уподобления Ему, – человек может выполнить только в мире действия. По великой милости к человеку Творец не просто одарил его благом, но дал возможность выбрать и заслужить его. Недаром наибольшим праведником, т. е. совершенным человеком, в иудаизме считается тот, чьи собственные желания совпадают с желаниями Творца.

Известная фраза «Человек – венец творения» в нашем контексте означает не только наибольшее совершенство человека по сравнению с другими элементами творения, но и то, что весь мир создан ради человека. Обращаясь к Библии, необходимо помнить, что не хронику читаем, а пытаемся понять смысл существования человека на Земле и усвоить подсказываемый нам урок. Везде в Писании, и в первых главах наиболее наглядно, описываются не события, происходившие где-то и когда-то, а смысл взаимоотношений Творца со своим творением. Помещая Адама – всё человечество, в райский сад – природный мир, Творец повелел ему возделывать его и охранять. То есть человек призван управлять всей природой, и несёт за неё ответственность. А поскольку каждый человек уникален, он должен говорить: «Ради меня создан мир».

Желание приблизиться к Всевышнему – источнику высшего блаженства, присуще всем религиям. Христианские анахореты и индийские йоги добиваются в этом значительных успехов. Но путь их – в уходе от мира. Иудаизм же призывает верующих не бросать несовершенный мир на произвол слепых стихий, а поднять его вместе с собой к Всевышнему. Звучит это как «сделать материю прозрачной для света духовности», «сделать земной мир жилищем для Бога, как и Небо». Мир сотворён отделённым от Бога, не воспринимающим Его Свет. И человек помещён в мир для того, чтобы исправить его несовершенство. И тем заслужить блаженство в мире грядущем.

В двух рассказах о сотворении мира Писание обозначает два главных качества Адама. В первом случае он сотворён как руководитель природы, призванный освоить её, подчинить своей воле и привести к Всевышнему. И в этом проявить подобие Ему. Во втором случае сотворён ищущим смысла, блага и путей их осуществления. И в этом угадывается Его образ. И тут разворачивается драма, под знаком которой проходит вся история человечества.

Адаму, уподобленному Творцу, но всё же далеко не равному Ему, дана была возможность-подсказка. Чтобы реализовать свободу воли, ему необходимо было иметь возможность выбора. В идеальных для выполнения своей миссии условиях райского сада Адам имел лишь одно ограничение-заповедь: не есть плодов дерева познания добра и зла. Ему предлагалось понять, что высшее благо для него – подчинить собственную волю воле Творца, и выполнить эту заповедь. Для этого необходимо осознание того, что единственный источник жизни – Всевышний. Но Адам увлёкся своей ролью человека природного (первый рассказ) и захотел найти источник поддержки существования не только в Творце, но и в творении, как будто оно не безусловно зависит от Сотворившего его, и может быть самостоятельным источником. С тех пор всё человечество попало в зависимость от природы, и должно исправить грех первочеловека, т. е. вернуться к состоянию искренней преданности Его воле, избавиться от сомнения в том, что не только благо, но и само существование человека полностью и исключительно зависит от Творца.

И ещё одну ошибку, или грех, совершил Адам. (Кстати, одна из форм греха – в понимании иудаизма – использование дарованных Творцом потенциалов не по назначению. Неисполнение, по слабости или в результате заблуждения, воли Творца.) Он усомнился в том, что Отец может желать для сына лишь добра, и пошёл против Его ясно выраженной воли, руководствуясь собственными соображениями. Адам как бы подумал: «Не напрасно ведь наделён я любознательностью и получил приказ познавать природу. Проявлю-ка инициативу в реализации этих своих качеств». И был бы прав, но при этом пришлось преступить запрет (другая разновидность понятия «грех» - переступление через границу дозволенного Всевышним), и похвальные, казалось бы, намерения Адама не избавили от необходимости искупать ошибку, чего и ожидает от каждого поколения его потомков Творец.

Не сумело человечество понять и, тем более, исправить грех Адама. Извращённое понимание блага, как удовлетворения материальных потребностей, привело большинство людей к такому скотскому состоянию, откуда возвращение к Всевышнему уже неосуществимо. Возможность получения истинного блага, ради которого было создано человечество и весь мир, поколением Потопа была утрачена. Всевышний в бесконечной любви к человеку начал процесс сначала. Между прочим, в рассказе Писания о потопе Творец действует под четырёхбуквенным именем, т. е. проявляет милость к творению, не уничтожая его совершенно, а давая возможность второй попытки. Со спасённым Им от потопа Ноахом (Ноем), последним праведником допотопного поколения, Всевышний заключил Завет и пообещал не посылать больше на Землю глобальных катастроф.

Но и потомки Ноя не поняли своего блага в подчинении власти Неба, а захотели полной независимости и начали строить Вавилонскую башню. На этот раз Всевышний не стал уничтожать людей, а просто уменьшил их возможности в проявлении своеволия. Поскольку люди дважды доказали свою неготовность выполнять волю Создателя всем человечеством, оставалось поручить эту миссию части людей. Из семидесяти народов, на которые было разделено человечество, подходящего не нашлось: все поклонялись идолам, забыли своего Творца и то, для чего были сотворены. Спасено было человечество от прозябания в недостойном бездуховном состоянии появлением Авраама.

Заслуга Авраама состояла даже не столько в том, что он сам додумался до признания Единого Всевышнего и отверг господствующее повсюду идолопоклонство. Жили тогда мудрецы, получившие знания о Боге от Ноя, но они были вынуждены учить этому немногочисленных желающих в условиях подполья. Авраам же открыто провозгласил свои убеждения, и это стало делом его жизни. Всевышний решил произвести от Авраама народ, способный принять и выполнить Его волю. Почему именно народ? Только в полноценной жизни народа в собственном государстве можно выполнить все разнообразные требования Всевышнего, и дать пример правильного и успешного существования другим народам. А от намерения дать счастье именно всему человечеству, а не отдельным праведникам или группам людей, Всевышний не отказывался и не откажется, поскольку любовь Его к своему творению безмерна и Он не ограничен ничем.

4. Создание народа

Прежде всего – кто такой «еврей»? И что такое «еврейский народ»? Впервые слово «иври», переводимое как «пришедший с другой стороны (реки)» употребляется в первой книге Пятикнижия по отношению к Аврааму. Но не все его потомки стали евреями. Всевышний произвёл своеобразную селекцию для получения народа, способного принять Тору.

В иудаизме существует понятие «система сфирот» (см. главу Каббала), с помощью которой описывается, в частности, духовный мир человека. Определяющими проявляемыми качествами, на базе которых формируются все остальные, являются три: хесед – потребность и способность давать, распространение; гвура – способность устанавливать границы, удерживание; тиферет – гармония, истина, сбалансированность первых двух качеств. Характер, личность человека определяется, в принципе, взаимоотношением между тремя этими качествами.

В еврейской традиции свойства сфиры хесед олицетворяются Авраамом. (С проявления этой сфиры начался акт Творения.) Всевышний, избрав Авраама, подверг его десяти испытаниям, в результате которых его главное качество – хесед – приобрело совершенство. Например, изгнание Ишмаэля, первого сына Авраама от служанки Агари, трактуется как процесс огранки хеседа, в результате которого лишнее, нечистое, отсекается. Ишмаэль рассматривается традицией как этнический предок арабов и ассоциируется с исламом. Наследником дела Авраама стал его сын от Сары Ицхак, олицетворяющий качество гвура. Эйсав, первенец Ицхака, «пренебрёг первородством», т. е. отказался от права наследования, и ушёл из семьи. В традиции Эйсав, или Эдом, считается предком римлян и отождествляется с христианством и всей западной цивилизацией. Продолжателем миссии Авраама и Ицхака стал Яаков, сын Ицхака и Ривки. В результате испытаний он воспитал в себе и проявил качество тиферет. От него произошли двенадцать сыновей – родоначальники колен Израиля. Гармоничность, цельность позволили Яакову заложить в своих детях необходимое для полноценного народа разнообразие качеств. (Интересно, что в личности Сары преобладала гвура, а Ривки – хесед, т. е. в обеих семьях супруги уравновешивали качества друг друга.)

Обстоятельства привели семью Яакова, в количестве семидесяти человек, в Египет. (На самом деле, это было реализацией Божественного предопределения. Восприятие событий как случайностей или причинно-следственной связи – результат нашего несовершенного понимания, и нигде это более ярко не проявляется, как в истории еврейского народа.) Через непродолжительное время почётные гости египтян превратились в рабов, и несколько поколений евреев подвергались суровому угнетению. За время пребывания в «плавильном котле» Египта потомки Яакова-Израиля не только быстро расплодились, но и сформировались в способный противостоять внешнему давлению народ. Всевышний призвал Моше (Моисея) вывести евреев из египетского рабства, и эту известную историю можно прочесть в Библии. Необходимо отметить, что сопровождался Исход явными чудесами. Демонстративный характер десяти казней египетских, рассечения моря и др. нужен был, чтобы все увидели, что Бог Израиля – Хозяин всего мира. Творец кажущихся «естественными» законов не только может произвольно их менять, но и действует как справедливый судья, воздавая по принципу «мера за меру».

Устная Тора говорит, что Египет оставили не все евреи, а только пятая часть. Остальные не вняли призыву Всевышнего восстать против рабства, и погибли во время девятой казни. Толпа беглых рабов превратилась в «народ Завета» с момента принятия Торы. В отличие от всех других народов, сформировавшихся на основе территории проживания, евреи ни сначала, ни на протяжении большей части своей истории, государства не имели. И сейчас большинство евреев живёт «не дома». Лишь недавно, уже в двадцать первом веке, государство Израиль (правильно – Государство Израиля, т. е. государство еврейского народа) по количеству проживающих в нём евреев опередил США. По религиозному закону – Галахе (в русском языке нет буквы, соответствующей гортанному звуку, между «г» и «х», поэтому некоторые слова в русском тексте можно встретить в разном написании, например алаха, халаха, hалаха) – евреем (еврейкой) считается ребёнок еврейки или представитель любого народа, прошедший ортодоксальный гиюр (обучение, экзамен и ритуал). А принадлежность к определённому колену передаётся по мужской линии. Сегодня, по семейным преданиям, прослеживаются потомки одного из сыновей Яакова – Леви, и даже отдельно одного из внуков Леви – Аарона, и генетические исследования подтверждают наличие у каждой из этих групп общего предка. Этот поразительный факт иудеями воспринимается как само собой разумеющееся, ведь в Третьем Храме, который будет восстановлен Машиахом, нужно будет возобновить службу, а священниками могут быть только потомки Аарона, и помогать им могут только левиты.

Теперь можно понять, чем еврейский народ отличается от всех других. Он и возник не как другие, и определяет себя не по этническому, а по религиозному признаку. Надо заметить, что евреем можно стать, но нельзя прекратить быть. Не только убеждённый атеист, но и принявший другую веру, до смерти считается временно заблудившимся, и сохраняется надежда на то, что он вернётся к Всевышнему. Самое заметное своеобразие народа Завета – в беспрецедентно долгом существовании. Причём две трети своей более чем трёхтысячелетней истории евреи провели, не имея собственного государства и одного для всего народа языка. А опереться в изгнании среди, как правило, враждебного окружения, могли только на Тору. Но и это иудеи принимают как должное: ведь и рассеяние, и возвращение предсказаны в Писании.

Поскольку евреи выжили благодаря преданности своей уникальной культуре, всё национальное в конечном счёте сводится к иудаизму, так что еврейства без еврейской религии просто нет. Знаменательно, что иудеи не рассматривают всерьёз декларации о неверии. Как гласит один печальный анекдот, «В падающем самолёте неверующих нет». Есть соблюдающие и не соблюдающие, т. е. отошедшие от Закона, но не вышедшие из Завета, ибо это не в их воле.

II. Тора

1. Дарование Учения и Закона

«Истину, заключённую в Торе, дал народу Своему Бог через пророка Своего, которому доверил Он тайны дома Своего». Так звучит восьмой принцип веры в поэтическом переложении. Пророк – это Моше, руководитель народа на протяжении сорока одного года: один год казней египетских, предшествовавших Исходу, и сорок лет пребывания в пустыне до вступления в Землю Обетованную. Уровень его пророчества, или близости к Богу, декларируется в седьмом принципе веры: «Не было ещё в еврейском народе человека, подобного Моше-пророку, который видел Его воочию». Гигантская фигура Моисея, мощная и целеустремлённая, но не лишенная человеческих слабостей, нередко терзаемая сомнениями и внутренней борьбой личность, наложила неизгладимый отпечаток не только на историю, воображение и мышление еврейского народа, но и на облик христианской и мусульманской цивилизаций. Однако, несмотря на его колоссальный авторитет как лидера и пророка, у преданно любящих его евреев он зовётся Моше-рабейну, наш учитель. Из всех благ, полученных народом благодаря его талантам и самоотверженности, больше свободы и Страны евреи ценят Тору. И это понятно: почти две тысячи лет они жили и выжили без независимости, без государства, лишь благодаря преданности Торе.

Роль Моше в мировой истории исключительна. Его имя связано с текстом, лежащим в самом основании современной цивилизации: Пятикнижие Моисеево. То, что принято называть иудаизмом, имеет также название «Закон Моисеев». Образ и личность его нам представить трудно, поскольку человек этот был ближе к Небу, чем к Земле. Известная статуя Микельанджело изображает Моше величественным могучим старцем… с рогами. Хороший пример того, как осторожно следует относиться к переводам Торы. «…лицо его (Моше) стало сиять лучами от того, что Бог говорил с ним» (Исход, 34:29). На иврите, языке Пятикнижия, слова «луч» и «рог» пишутся одинаково.

Как же происходило дарование Торы? Схема, или конспект событий изложены в Пятикнижии. Всевышний явился на горе Синай всему народу. Если взрослых мужчин было около шестисот тысяч (Исход, 12:37), то всех людей было не менее двух миллионов. Послушаем предание. На фоне сверхъестественных явлений все восприняли первые две из десяти заповедей. Этот факт подчёркивается иудаизмом как ключевой в сопоставлении с другими религиями. Все вероучения образовались в результате откровения высших сил одному выдающемуся человеку. В иудаизме Откровение получил весь народ, каждый из сотен тысяч. И каждый еврей во всех последующих поколениях получает не только общенародное свидетельство Откровения в виде Торы, но и семейное предание от своих конкретных предков.

Поскольку духовный и материальный миры не могут сосуществовать в одном месте, люди умирали и воскресали. Не выдержав такого «режима», народ попросил Моше быть посредником между ними и Всевышним. Моше поднялся на гору и провёл там первые сорок дней, получив в тот раз часть Письменной Торы, от сотворения мира до Синая, с разъяснениями, часть законов и первые Скрижали с записанными на них Десятью Заповедями.

В течение следующих 39-ти с лишним лет пребывания в пустыне Моше являлись части текста Пятикнижия в виде букв из чёрного огня на фоне белого огня, одновременно Всевышний диктовал Моше, и он их записывал. Перед смертью Моше закончил запись Пятикнижия, сделал со своего свитка 12 копий и отдал главам колен. Свиток Моше хранился вместе со Скрижалями в Ковчеге Завета до разрушения Первого Храма. Перед гибелью Храма Ковчег чудесным образом скрылся в недрах Храмовой горы. После прихода Машиаха он будет найден и помещён в Святая Святых Третьего Храма. Сегодня все свитки Торы во всех синагогах мира абсолютно идентичны. Количество букв в каждом из них – 304805, и их написание одинаково. Как гласит девятый принцип веры, «Ничего не изменит Бог в Торе Своей, и никогда не заменит её другой».

Параллельно с текстом Пятикнижия Моше получал инструкции по его чтению: дополнения и разъяснения к тексту, без которых Писание может быть понято не полностью или вообще неправильно. Устную Тору Моше также получал частями. Услышанный отрывок Моше рассказывал Аарону-первосвященнику, затем входили два его сына-священника, и Моше повторял, третий раз рассказ звучал в присутствии старейшин, и четвёртый слышал весь народ. После этого Моше удалялся, и Аарон повторял рассказ. Уходил Аарон, и пересказывали его сыновья, а затем – старейшины без священников. Таким образом, каждый прослушал всю Устную Тору четыре раза, и запомнил. От Моше Устную Тору (т. е. право быть высшим авторитетом в вопросах Закона) принял Йегошуа бин-Нун (Иисус Навин), и она передавалась от учителя к ученику до отмены запрета на её запись. Цепочка передачи прослеживается в традиции поимённо.

Устная Тора смотрит на саму себя как на контекст Письменной Торы. Контекст должен содержать разъяснение терминов, идиом, стандартных оборотов – всего, что в момент написания текста представлялось очевидным, и адекватно воспринималось читателями без расшифровки. Записать контекст заранее невозможно, его необходимо постоянно обновлять. Устную Тору запрещено было записывать, чтобы она оставалась живой. Текст, в виде которого зафиксирован контекст, навсегда останется во времени фиксирования. Писание дано на все времена, ему через века постоянно должно сопутствовать живое, всегда современное читателю, естественное обрамление.

Объём Устной Торы постоянно разрастался, как до начала записывания, так и по сей день. Реалии жизни меняются, а закон должен соблюдаться, и постоянно уточняются подробности его применения. То, что воспринималось в близкие к Моше времена как само собой разумеющееся, требует через определённые периоды всё новых разъяснений. Благодаря Устной Торе законы, данные на Синае в 14-м веке до нашей эры, для всех поколений евреев остаются понятными и, следовательно, выполнимыми.

И ещё говорят, что «Тора имеет семьдесят ликов». Мудрецы всех поколений находят всё новые грани и оттенки в тексте Писания. Такое увеличение объёма Устной Торы помогает видеть текст как бы стереоскопически.

Вся Устная Тора обращена к Письменной и погружена в неё, а Письменную невозможно понять без Устной. Поэтому в иудаизме под словом «Тора» подразумевается Закон или Учение, существующее в неразрывном единстве Писания и Предания.

2. Писание

Письменная часть Торы в широком смысле, как Учения иудаизма, состоит из двадцати четырёх книг, признанных священными и вошедших в канон. Сегодня чаще всего для названия совокупности еврейских священных книг употребляется акроним ТаНаХ, состоящий из первых букв названий трёх разделов Библии – Тора (Пятикнижие Моисеево), Невиим (Пророки), Ктувим (Писания).

Тора, или Пятикнижие (на иврите – Хумаш) состоит из пяти книг: Берешит (В начале), Шмот (Имена), Ваикра (И воззвал), Бемидбар (В пустыне), Дварим (Слова). Названия даны по первым словам книг. В переводах им соответствуют: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие.

Пророки. Вторая часть ТаНаХа состоит из восьми книг.

Йегошуа (в переводах – Книга Иисуса Навина) рассказывает о периоде после смерти Моше-рабейну, когда под руководством Йегошуа бин-Нуна евреи завоевали Эрец-Исраэль.

Шофтим (Судьи) – жизнь евреев в Эрец-Исраэль (Земле Израиля) до появления первых царей.

Шмуэль (в переводах – Первая и Вторая книга Царств) – описывает деятельность пророка Шмуэля (Самуила) и правление двух первых царей – Шауля (Саула) и Давида.

Мелахим (Цари, в переводах – Третья и Четвёртая книга Царств) содержит историю еврейского государства при царе Шломо (Соломоне), раскола страны на Иудею и Израиль, и историю обоих еврейских государств до вавилонского пленения.

Йешайягу, Йирмеягу и Йехезкель – три крупнейших еврейских пророка эпохи Первого Храма.

Трей-Асар (Двенадцать) – небольшие книги двенадцати пророков той же эпохи: Гошеа, Йоэль, Амос, Овадья, Йона, Миха, Нахум, Хавакук, Цфания, Хагай, Зхарья, Малахи.

Книги Йегошуа, Шофтим, Шмуэль и Мелахим описывают историю еврейского народа, и их называют Невиим Ришоним (Ранние пророки);

Йешайягу, Йирмеягу, Йехезкель и Трей-Асар – пророчества о будущем – называют Невиим Ахароним (Поздние пророки).

Писания. Третья часть ТаНаХа состоит из одиннадцати книг.

Тегилим (Псалмы) содержит 150 поэтических произведений, авторство большей части из которых принадлежит царю Давиду. Многие из псалмов вошли в молитвы.

Мишлей (в переводах – Книга Притчей Соломоновых) – поучения царя Шломо.

Ийов – книга рассказывает о нееврее – праведнике Иове. Исследуются вопросы страданий, их причин, и справедливости.

Пять свитков (мегилот):

Шир а-ширим (Песнь Песней); Рут; Эйха (Как? В переводах – Плач Иеремии); Когелет (Проповедник. В переводах – Экклезиаст); Эстер.

Даниэль – книга еврейского пророка, жившего во времена вавилонского изгнания.

Эзра и Нехемья – две книги, названные по именам лидеров евреев периода возвращения из вавилонского плена.

Две книги Диврей а-Йамим (Хроники. В переводах – Паралипоменон) – общий обзор жизни евреев в эпоху Первого Храма.

Еврейская Традиция подчёркивает различие в уровнях святости Торы, Пророков и Писаний. Уровень святости Торы можно сравнить с «диктантом», при котором точно определена и свята каждая буква, и тем более каждое слово. Уровень святости книг раздела Пророков ниже – это как бы «изложение» пророком полученного им Божественного Сообщения. Еще ниже уровень святости Кетувим – это как бы «сочинения», написанные авторами «от себя», но на Божественную тему.

Греческий перевод Библии известен под названием Септуагинта, т.е. «перевод семидесяти старцев». Так назывался перевод Пятикнижия, появившийся в 3-м веке до нашей эры. Впоследствии так стал называться перевод всей Библии. В совокупности с Новым заветом Септуагинта стала Библией христианской церкви, и её текст до сих пор принят православной церковью как канонический. [Некоторые евреи отмечают дату окончания этого перевода траурным постом, поскольку Священным Писание может быть лишь на святом языке иврите, а любой перевод – профанация. Для народов перевод Торы стал просто одной из множества книг, стоящих на полках. Писание в переводе сравнивается со львом, посаженным в клетку. И ещё говорит Талмуд: "Разница между Торой и ее переводом такая же, как между полным и пустым сосудом. Снаружи (но только снаружи!) они выглядят одинаковыми".]

Септуагинта содержит перевод всех книг еврейского канона. Названия некоторых из них, а иногда и порядок глав (особенно у Иеремии), отличаются от еврейских; некоторые книги имеют дополнительные разделы (Эстер, Иеремия, Даниэль). В Септуагинту вошли также некоторые апокрифические произведения, канонизированные [впоследствии] католической церковью (Юдифь, Товит, I и II книги Маккавеев, книга Премудрости Соломона, Бен-Сира, книга Баруха) и другие апокрифы (I книга Эзры, III и IV книги Маккавеев, Оды, П